Адрес (1–3). Благодарение Богу (4–9). Суждение Ап. Павла о партиях коринфских (10–17). Евангелие не есть мудрость человеческая (18–31)

1 - 3 Ап. Павел и его сотрудник Сосфен шлют привет Коринфской Церкви.

1 Призванный апостол, см. Рим 1.1. – Сосфен брат. Из книги Деяний известно о Сосфене, начальнике синагоги в Коринфе (XVIII:17). Очень может быть, что он обращен был Павлом в христианство и сделался его сотрудником. Ап. Павел, вероятно, упоминает здесь о нем как о лице, хорошо известном коринфянам.

2 Церкви. В обыкновенном греческом языке словом Церковь (εκκλησια) обозначается собрание граждан, которые по какому–нибудь общественному делу вызваны из своих домов (ср. Деян 19.40собрание ). В терминологии Нового Завета слово это удержало тот же смысл. Созывает или призывает здесь Бог грешников ко спасению чрез проповедание Евангелия (Гал 1.6). Созванные образуют из себя новое общество, которого глава есть Христос. – Божией. Это слово указывает на Того, Кто созвал общину и Кому она принадлежит. И в Ветхом Завете был термин: Kehal Jehova – собранное общество Иеговы. Но там новые члены общины появлялись путем телесного происхождения от ранее призванных Богом, а здесь, в христианстве, Церковь растет путем свободного, личного присоединения к ней всех, кто может веровать во Христа. – Освященным во Христе Иисусе. Слово освященный указывает на состояние, в каком верующие находятся благодаря Господу Иисусу Христу. Принять в себе верою Христа – значит усвоить себе ту святость, какую Он воплотил в Своем Лице. – Призванным святым – см. Рим 1.7Со всеми... этим прибавлением Ап. напоминает слишком возгордившимся (1Кор 14.36) коринфским христианам, что кроме них есть на свете и другие верующие, с которыми они и должны идти рука об руку в своем нравственном развитии. – Призывающими имя. Это выражение употреблялось еще в Ветхом Завете (Ис 43.7; Иоил 2.32) только о призывании Иеговы (у LXX). Выражение имя заключает в себе идею существа (Исх 23.21). – Господа. Этот титул обозначает Христа как Того, Кому Бог передал господство над миром. Церковь и состоит из таких лиц, которые признают эту власть Христа над миром. – Во всяком месте. Церковь христианская представляется здесь уже распространившеюся по всему миру (ср. 1Тим 2.8). – У них и у нас. Это слово следует относить к выражению: Господа нашего Иисуса Христа (Златоуст). Ап. хочет сказать, что Господь – у всех верующих, как у паствы, так и у пастырей – один! это является протестом против тех, кто, возвеличивая проповедников – слушателей Христа, забывал о Самом Христе Господе (ср. 1Кор 1.3,5,22,23).

3 Благодать и мир. – см. Рим 1.7.

4 - 9 Прежде чем приступить к обличению недостатков коринфской Церкви, Ап. говорит о том, что есть в этой Церкви хорошего. Он благодарит Бога за благодать вообще и особенно за те благодатные дарования, какие имеют коринфяне, и высказывает уверенность в том, что Христос доведет их благополучно до конца их земного странствования, чтобы они бестрепетно могли предстать страшному суду Христову.

4 В благодарности, какую Ап. воссылает Богу за состояние коринфской Церкви, нет ни лести, ни иронии. Ап. умеет, обличая людей, ценить в тоже время их известные действительные достоинства, а такие достоинства у Коринфян были. – Благодати. Это слово обозначает не одни духовные дарования, а вообще все, что дано от Бога людям чрез Христа – оправдание, освящение, силы для новой жизни.

5 Потому что... Здесь Апостол указывает на новый факт, который доказывает действительность факта, упомянутого в 4–м стихе. Только из нового благодатного состояния коринфян могло произойти то изобилие духовных дарований, каким владела Коринфская Церковь. – Словом (λογος). Здесь Ап. разумеет те дарования, какие выражались во вдохновенных речах верующих (дар языков, пророчества, учения – см. ниже гл. XII–XIV). Познанием (γνωσις). Тут Ап. имеет в виду уразумение истории нашего спасения и применение христианских догматов в жизни. – Замечательно, что Ап. говорит о дарах Духа, а не о плодах Духа, как напр. в посл. к Солун. (1Фес 1.3; 2Фес 1.3 и сл.). Этих "плодов" Духа – веры, надежды и любви – следовательно у коринфян было еще слишком немного, чтобы за них благодарить Бога.

6 Ибо... – правильнее: соответственно тому как (в греч. – καθωσ). Ап. хочет сказать, что свидетельство (т. е. проповедь) о Христе утвердилось среди коринфян особенным способом, именно будучи сопровождаемо особым излиянием духовных дарований: нигде, следовательно, не было такого обилия духовных дарований, как именно в Коринфе.

7 Так что... это выражение зависит от слова обогатились (ст. 5–й) – Ни в каком даровании... Под дарованием (χαρισμα) разумеется здесь (соответственно мысли 5–го стиха) новая духовная сила или способность, какую получал от Духа Святого то тот, то другой христианин. Конечно, Дух Святой в этом случае не вытеснял душу самого человека: Он только возвышал и освящал прирожденные способности души человеческой, давал им возможность полнейшего раскрытия. – Ожидая... У Коринфян была склонность воображать себя уже достигшими христианского совершенства (1Кор 6.8), особенно в отношении к познанию. Ап. здесь дает понять им, что такого совершенного познания в настоящей жизни еще не может быть – нужно подождать им откровения, какое будет дано во время второго пришествия Христа, когда и тайное станет явным (ср. Рим 2.16).

8 Который, т. е. Христос – До конца, т. е. до 2–го пришествия Христова, которого тогда верующие ожидали как имеющего воспоследовать в скором времени. Им не было открыто ни дня, ни часа, когда оно должно было наступить в действительности (Лк 12.35,36; Мк 13.32).

9 Ап. не хочет сказать этим, что Бог спасет коринфян, как бы они ни вели себя. Напротив, в конце ІХ–й и начале Х–й главы он ясно показывает, что недостаток веры и послушания может совсем погубить начатое Богом дело спасения их. Очевидно, уверенность Апостола в спасении коринфян основывается на том предположении, что сами коринфяне будут содействовать делу своего спасения. Как в выражении: вы призваны заключается мысль не только о призвании Божием, но и о свободном принятии этого призвания, так и сохранение в общении со Христом предполагает собственное желание, собственную стойкость коринфян в этом деле.

10 - 17 От похвалы Ап. переходит к порицанию. До него дошли слухи о разделении Коринфян на партии: Павловых, Аполлосовых, Кифиных и Христовых, и он высказывает свое осуждение этой партийности. Прежде же всего он обращается к тем, которые составили особую партию, носившую его имя, и говорит, что он вовсе не подавал к этому никакого повода.

10 Братия. Так называет читателей апостол потому, что не все они были обращены им в христианство и потому не могли быть названы чадами его, как называл апостол, напр., галатян (Гал 4.19). – Именем Господа..., т. е. в силу тех познаний, какие имеют они о лице и деятельности (имяονομα) Господа И. Христа. – Чтобы вы все говорили одно, т. е. чтобы не говорили того, что перечисляет Ап. в ст. 12–м – не делились на партии, а представляли собою единое церковное общество. – И не было между вами разделений. Мысль, выраженная только что в положительной форме, теперь повторяется в форме отрицательной. – Соединены. Поставленное здесь в греческом тексте слово (καταρτιζειν) значит: собирать, складывать (напр. различные части машины), приготовлять работника к работе (Еф 4.12), упорядочивать приведенное в беспорядок. По отношению к Коринфской Церкви это слово, несомненно, имеет последнее из указанных значений но может быть понимаемо и в смысле соединения всех разрозненных частей церковного организма в одно целое, т. е. в первом значении. Каким образом может быть осуществлено это соединение – на это дается указание в следующих выражениях: в одном духе и в одних мыслях. Под духом (νους) лучше понимать (ср. 1Кор 2.16) христианское мировоззрение вообще, понимание Евангелия в его целом, а под мыслями (γνωμη) – мнения, взгляды по отдельным пунктам христианства (ср. 1Кор 7.25). Апостол таким образом высказывает пожелание, чтобы между Коринфянами господствовало единомыслие как вообще в понимании христианской истины, так и в способе решения отдельных вопросов, выдвигаемых потребностями христианской жизни.

11 - 12 После этого предварительного увещания, Ап. изображает те обстоятельства жизни Коринфской Церкви, которые побудили его обратиться к читателям с увещанием. – Домашних Хлои. Это могли быть или дети или рабы этой женщины, жившей вероятно в Коринфе. – У вас говорят. – точнее с греческого: "каждый из вас говорит". Апостол хочет указать этим на всеобщее увлечение духом партийности. Каждый коринфянин считал своим долгом принадлежать к какой–нибудь из упоминаемых здесь партий. – Я Павлов, я Аполлосов – см. введение в послание. – Ап. в распределении партий обнаруживает особую тактичность. На первом месте он ставит своих приверженцев, как заслуживших его упрек, и этим показывает, что сам он далек от всякого самопревозношения. – Что различало партию Павловых и партию Аполлосовых? это не было какое–либо различие по существу (1Кор 3.5 и сл. ; 1Кор 4.6), а только по форме учения. Апостол Павел считал Аполлоса продолжателем своего дела в Коринфе: "я насадил, Аполлос поливал" (1Кор 3.6) говорит он, изображая утверждение Евангелия в Коринфе. – А я Христов. Некоторые отцы Церкви и новые толкователи считают эти слова исповеданием самого Павла, которое он здесь высказывает в противовес людям, преклоняющимся пред авторитетом проповедников Евангелия. Но это четвертое заявление представляет собою, несомненно, нечто симметричное первым трем предшествующим ему и подпадает тому же упреку, какой звучит в словах апостола: "каждый из вас говорит"... – О партии Христовых существует немало предположений, но все они малодоказательны. Одни (Ренан, Мейер, Гейнрици) видят в этой партии протест против преклонения пред апостолами и полагают, что Христовы шли вообще против исключительного авторитета Апостолов, другие предполагают, что в эту партию входили наиболее образованные христиане из язычников, хотевшие сделать из Христа высшего руководителя жизни, каким был для своих учеников Сократ. Третьи видели в членах этой партии людей, которые путем видений находили возможным вступать в непосредственное общение со Христом. Четвертое мнение (Godet) предполагает, что это были евреи, обратившиеся в христианство, которые гордились своими теократическими преимуществами и, являясь представителями первенствующей – Иерусалимской – Церкви, хотели постепенно подчинить Коринфских христиан игу Моисеева Закона. Христовыми же они называли себя потому, что воображали, что они лучше всех поняли намерения Христа. При этом они однако, в угоду греческим христианам, вводили в свое учение и элементы греческой теософии, на что Ап. Павел делает намек во 2 Посл. к Коринф. (2Кор 10.5 и 2Кор 11.3 и 4). Этим объясняется и живая полемика Апостола против смешения человеческой мудрости с Евангелием (1Кор 3.17-20): здесь апостол имеет в виду не партию Аполлосовых, а партию Христовых. Могло быть, что Христовы держались такого же взгляда на Христа, как и еретик Керинф, не признававший Христа в человеке – иудее Иисусе, распятом на кресте. Они могли верить так же, как и Керинф, что Христос отделился во время страданий от человека Иисуса: этот Иисус так и умер на кресте, почему он заслуживает проклятия (ср. 1Кор 12.3), а Христос сидит на небе, одесную Бога Отца, и Его только одного и должны чтить христиане. Так. образом в Христовых можно видеть "гностиков прежде гностицизма". – Наиболее правдоподобным является предположение Lutgerfa. Этот ученый не находит никаких достаточно веских оснований к тому, чтобы видеть в партии Христовых – иудаистов. Напротив, он видит в них слишком далеко зашедших сторонников идеи о свободе человека в христианстве. Это – "либертинцы–пневматики" (нечто в роде наших духоборцев). Апостол Павел, по их мнению, остановился на полдороге к христианской свободе: у него нет духа, силы, мужества, уверенности в победе и самосознания, какими качествами владеет настоящий пневматик. Он боязлив в своих отношениях к Богу и к христианской общине и к миру, а они держат себя всегда как свободные, ничего не боясь. Они эмансипировались окончательно от всякой зависимости от апостолов, даже от обязательности поучаться в Свящ. Писании, так как, по их убеждению, они непосредственно входили в общение со Христом, а это общение давало им высшую мудрость, делало их "гностиками", т. е. ведающими все тайны жизни. К чему вела такая безудержная свобода, которую проповедывали Христовы – об этом можно судить по тому факту, о каком Апостол говорит в І–й гл. (случай с кровосмесником).

13 Разве разделился Христос? этот упрек Павел обращает к партии Христовых, которая полагала, что она одна имеет истинного Христа, тогда как остальные христиане почитают, очевидно, кого–то другого. Нет – хочет сказать Ап. – Христос у всех христиан один и тот же! Нельзя делать Христа достоянием какой–либо партии! – Разве Павел распялся за вас?... этот и следующий вопросы показывают нелепость поведения тех, кто называл себя Павловыми вместо того, чтобы называть себя учениками Христовыми. Первый вопрос, в частности, относится к деятельности Христа как искупителя, а второй к Его положению как Главы Церкви.

14 - 16 Ап. благодарит Бога за то, что Он поручил ему другое, более важное, чем совершение крещения, дело – дело проповеди (ср. ст. 17). Если бы он совершал часто крещение над обращавшимися в христианство, то могли бы сказать, что он делает это для прославления своего имени или даже, что он крестит в свое имя. При тогдашнем религиозном брожении, когда повсюду появлялись новые системы и новые культы, такой выдающийся проповедник как Павел легко мог основать свою религию, заставить веровать в свое имя, а не во имя Христово... Из крещенных им самим Павел упоминает начальника иудейской синагоги в Коринфе – Криспа (Деян 18.8) и Гаия, у которого в доме жил одно время Апостол Павел (Рим 16.23). Третье исключение представлял собою дом Стефаноса (Стефанов ), который был в числе депутатов, явившихся к Павлу из Коринфа в Ефес.

17 Логическая связь между 16 и 17 стихами может быть выражена так: "если я и совершал крещение, то это было только исключением из общего правила; ибо это не входило в обязанности моего служения". Дело возвещения евангелия – вот в чем состояло призвание Ап. Павла! это дело, конечно, гораздо труднее, чем совершение таинства крещения уже над подготовленными к крещению лицами. Возвещать Евангелие – это все равно, что бросать сеть для ловли рыбы, и в этом состояло призвание Апостола, а крестить это все равно, что вынимать уже пойманную из сети рыбу. Поэтому и Христос не крестил Сам, а предоставлял это дело Своим ученикам (Ин 4.1 и 2). – Не в премудрости слова, чтобы не упразднит креста Христова. Павел хочет сказать, что он остался только возвестителем Евангелия Христова, не прибегая с своей стороны к каким либо особым средствам для привлечения к себе большего количества слушателей (не облекал своей проповеди в одежды ораторского произведения). След., он не делал ничего для образования собственной партии. Под премудростью (σοφια) слова у Павла разумеется правильно разработанная система, религиозная философия. Эта премудрость слова делала из новой религии источник удовлетворительного объяснения существа Божия, существа человеческого и жизни мира. Но Павел имеет здесь в виду не проповедь Аполлоса, которая стояла в непосредственной связи с его собственной (1Кор 3.4-8), а премудрость мира сего (ст. 20), которая упразднена Евангелием (1Кор 3.20) и которая служит только к осквернению храма Божия (1Кор 3.17,18). Естественнее всего здесь видеть обличение тех лжеучителей, которые называли себя Христовыми и распространяли в Коринфе нелепые мнения о Христе и христианстве (2Кор 11.2-11). Эта–то премудрость слова или лжеучение Христовых упраздняло крест Христов. Выражение упразднять или опустошать (κενουν) означает действие, которое у известного предмета похищает его существо и его силу. И, действительно, коринфский гносис (см. выше мнение Lutgerfa ) упразднял, лишал всякой силы и значения крестный подвиг Спасителя нашего: раз Христос покинул Иисуса, в то время как Иисус висел на кресте, то, значит, крестный подвиг Иисуса не имел искупительного значения для человечества. Вот к чему вело увлечение ложным знанием (гносисом) коринфских христиан, и Апостол не хотел иметь ничего общего с такими ложными мудрецами...

18 - 31 В противоположность учению партии Христовых, Ап. говорит, что Евангелие по своему существу – не мудрость, не философская система, в которой все доказывается и выводится путем правильных умозаключений. Это ясно из того, что средоточным пунктом Евангелия служит крест – страдания и смерть Христа Спасителя, которые и для иудеев и для еллинов казались противоречащими сложившемуся у них представлению о Спасителе. Ясно это и из состава христианской Церкви в Коринфе, большинство которой состоит из людей необразованных.

18 Среди коринфских христиан есть такие (главным образом, это партия Христовых), которым проповедь Павла кажется лишенною мудрости потому, что содержанием этой проповеди служит крест Христов. Эти люди, которых Ап. справедливо называет погибающими, т. е. лишающимися спасения во Христе, не хотят видеть в Кресте откровения Божия. Бог, Который открывается в распятом Христе, по представлению этих людей, не может быть и Богом. О Боге люди вообще мыслят как о Существе Всемогущем, Которое действует в деле достижения намечаемых Им целей путем совершения чудес и необыкновенных знамений. Напротив, распятый Христос спасает людей Своим унижением, Своею кажущеюся слабостью. Однако для истинных христиан, – которых Ап. называет спасаемыми в виду того, что их земное поприще еще не пройдено ими, – в проповеди о кресте находится та Божественная спасающая сила, в которой они так нуждаются (ср. Рим 1.16).

19 - 20 Пр. Исаия говорил иудейским политикам, что Бог спасет Иерусалим от нашествия Сеннахирима Сам, без помощи этих политиков, которые только вредили своими хитростями своему государству (Ис 29.14). Так Бог поступает – хочет здесь сказать Апостол – и теперь, при спасении мира. Он спасает людей от погибели необыкновенным и неподходящим с точки зрения человеческой мудрости способом – именно чрез высшее проявление Своей любви, при чем мудрость человеческая должна со стыдом удалиться с арены своей деятельности, не могут теперь уже выступать в качестве руководителей человечества ко спасению ни мудрецы (σοφος), т. е. греческие философы (ср. ст. 1Кор 1.22), ни книжники (γραμματεις), т. е. Иудейские ученые раввины, которые – те и другие – охотно вступали в диспуты и рассуждения с приходящими к ним учиться (выражение: совопросник обобщает оба вышеупомянутые разряды мудрецов). – Века сего, т. е. этой временной жизни, которой у Апостола противополагается жизнь после страшного суда. – Как случилось, однако, что эти мудрецы мира сошли со сцены? это случилось вследствие того, что Бог сделал человеческую мудрость настоящим неразумием. Он предложил человечеству спасение, расходящееся с требованиями, какие человеческая мудрость предъявляла всякому учению, бравшему на себя задачу спасать человечество, и человеческая мудрость, отвергнув это спасение, явно пред всеми показала свое безумие или неразумие. – Мира сего. Это не тоже, что вышеприведенное выражение века сего. Там указывалось только на время, период деятельности мудрецов, а здесь обозначается характер, направление их мудрости: это – премудрость отрешившегося от Бога человечества.

21 Ибо. Апостол указывает здесь причину, по какой Бог так строго поступил с мудрецами. – Когда. Ап. разумеет здесь общеизвестный факт – постепенное погружение человеческого разума в бездну заблуждения во времена язычества, которые Ап. называет в другом месте временами неведения (Деян 17.30). – В премудрости Божией. Это – книга природа в которой раскрывается пред разумным человеком премудрость Божия (см. Рим 1.20 и Деян 14.17; Деян 17.27). Человек может, наблюдая за жизнью природы, за целесообразностью всех ее явлений, приходить к мысли о существовании Премудрого Творца и Промыслителя вселенной. Но человеческий разум (ср. Рим 1.21) не оказался верным этой своей задаче и обоготворил самое творение вместо того, чтобы прославить Творца. Если некоторые философы и создавали себе идею единого и всеблагого Бога, то это было довольно неопределенное и абстрактное понятие, которое им не удалось утвердить за порогами своих школ. Боги народа, владычествовавшие над его совестью, крепко держались на месте, и только Израилю путем особенного откровения было сообщено истинное познание о Боге. – Благоугодно было. Бог нашел лучшее (угодное Ему) средство для спасения людей. Разум оказался негодным – и Бог призывает на служение делу спасения другую душевную силу. – Юродством проповеди. Разум не может понять и принять нового средства ко спасению, которое теперь предложено Богом, это средство кажется ему имеющим на себе печать юродства, неразумия. Таковым и являлось для разума – распятие Мессии! Таким неразумием была запечатлена в глазах мудрецов всем известная проповедь Апостолов о Христе (κηρογμα поставлено с членом τοϋ) – Верующих. Вера – вот та новая духовная сила, которую Бог призывает теперь к деятельности вместо разума. На проявление Божественной любви человек должен отвечать теперь не актом рассуждения, а делом доверия. Бог требует теперь от человека не логических исследований, а преданности, сокрушенной совести и верующего сердца. – Т. о. общая мысль этого стиха такая. Люди не сумели воспользоваться как должно своим разумом для того, чтобы познать и найти себе спасение в этом, и потому Бог указал им новое средство ко спасению – веру в Него, веру в Распятого, какая представлялась для мудрецов совершенно неразумною, но которая действительно спасает тех, кто может ее воспитать в себе. Ап. здесь поясняет, почему он не сообщает Коринфянам того, что составляет продукт собственно человеческой мудрости: эта мудрость уже осуждена Богом на уничтожение!

22 - 23 Проповедь о Христе распятом явилась неприемлемою для иудеев, потому что они искали в Мессии силы, способности творить чудесные знамения (Мк 8.11 и сл.). Для греческого же культурного мира важнее всего в новой религии была ее сообразность с требованиями разума; они хотели в религии видеть мудрость, хотя бы небесного, а не земного происхождения. Между тем Ап. проповедывал, что Христос был распят. Это было совершенно несогласно с понятием иудеев о Мессии – великом царе и победителе своих врагов, грекам же казалась вся эта история простой басней. – Но не делал ли Христос знамений для иудеев? Да, делал, но все Его знамения и чудеса изгладились из их памяти, когда они увидели Его висящим на кресте. Они, конечно, подумали тогда, что раньше Он обманывал их Своими чудесами или же Сам был орудием диавольской силы.

24 Но те же иудеи и еллины, которым проповедь о кресте представлялась неразумием, совершенно иначе смотрят на крест, как скоро они становятся верующими. Последних называет здесь Ап. призванными, выдвигая таким образом на вид божественную деятельность – призвание – пред человеческой – усвоением чрез веру истин Евангелия. – Христос является Божиею силою и Божиею премудростью. Бог есть Творец, а во Христе мы становимся новым творением (Еф 4.24) – в этом сказывается Божия сила, Божие всемогущество. С другой стороны Бог есть сама премудрость, а в Господе Иисусе Христе открыты все тайны вечной Божественной премудрости (Еф 1.8,9).

25 Чтобы объяснить, каким образом немощное и юродивое с точки зрения человеческой было проявлением Божией силы и премудрости, Ап. говорит, что и вообще нельзя мудрость и силу Божию измерять по человеческой мерке. То, что кажется людям слабым и неразумным, на самом деле в руках Божиих является гораздо более действительным, чем все лучшие создания человеческие: оно мудрее, чем люди со всею их мудростью, и сильнее, чем люди со всею их силою. – Заметить следует, что Ап. здесь говорит только об отношении человеческой и Божией мудрости к делу человеческого спасения. Тут, действительно, все лучшие продукты человеческой мудрости не имеют никакой силы пред Божественным домостроительством, если они выступают самостоятельно, как соперники христианства в деле спасения людей. Но Ап. не отрицает высокого значения человеческой премудрости, как скоро она идет сама к свету Божественного откровения, подготовляя человека к усвоению спасения, даруемого Христом.

26 Что Бог не нуждался для осуществления Своих планов в мирской мудрости, об этом говорит и то, кого Он главным образом призвал при основании Церкви в Коринфе. Это были главным образом рабочие из гаваней Коринфских, разные корабельщики и другие люди низших слоев общества, которые не могли похвалиться ни знатностью, ни могуществом, ни благородством происхождения.

27 - 29 Из древних надписей в римских катакомбах видно, что и в Риме большинство христиан принадлежало к низшему или среднему классу общества (пекаря, садовники, хозяева таверн, отпущенники, иногда адвокаты). У Минуция Феликса христиане обозначаются как indocti, impoliti, rodes, agrestes (VII:12). Это обстоятельство, какое имело место и в Коринфе, представляет собою самое разительное свидетельство того, что христианство победило мир без всякой внешней помощи, а своею внутреннею силою. Целью у Бога было при этом – смирить человеческую гордость, которая мешала человеку обратиться за помощью к Богу, сознавши прежде свою немощь (ср. Рим 3.27).

30 - 31 Вместо гордости верующие должны возгревать в себе чувство благодарности к Богу за Его великие милости. – От Него и вы. Здесь следует прибавить выражение: существуете (в греч. εστε). Раньше они, можно сказать, не существовали (ср. 1Кор 1.28), а теперь они представляют собою, благодаря Богу, нечто очень важное. – Во Христе Иисусе. Христос дает им с избытком все, чего они были лишены во мнении мира, а что именно дает, об этом сказано в следующих словах. Прежде всего Он стал для них премудростью от Бога, – т. е. высшею мудростью, чем человеческая, о неимении которой, может быть, жалели коринфские христиане, – праведностью и освящением, – т. е. дает действительную праведность людям и ведет их по пути святости к предназначенной им цели (ср. Рим 1.18 и Рим 6.1 и сл.). Наконец Христос стал для нас искуплением т. е. вводит нас в вечную славу, какую имеет Сам, воскресит наши тела и прославит нас после этого в Своем Царстве (ср. Рим 8.18-30 и Лк 21.28; Еф 1.1, Еф 3.1, Еф 4.30; Евр 11.35). – Хвались Господом. Эти слова выражают основную мысль всего отдела, начиная с 13–го стиха. Не учителей веры следует восхвалять, а Самого Христа – Ему одному подобает Слава! (Хотя у пр. Иеремии под Господом разумеется Иегова, но Ап., очевидно, главным образом обозначает этим именем Христа ).