1-8. Угроза Иезавели пророку Илии и удаление его из Изрееля в Вирсавию и далее на Хорив. 9-18. Хоривское богоявление пророку. 19-21. Помазание Елисея на пророческое служение вместо Илии.

1 - 3 Рассказ Ахава Иезавели о кармильских событиях, в частности и об умерщвлении, по слову пророка Илии, жрецов Ваала (3Цар 18.40), имел, вероятно, целью расположить жену к религии Иеговы; но на Иезавель, упорную и фанатичную язычницу, рассказ этот произвел обратное действие; возбудил ее ярость, мстительность и намерение со всей решительностью бороться за культ Ваала и против главного представителя религии Иеговы - пророка Илии, ставшего причиной гибели ее жрецов; и она через посла клятвенно (ср. 3Цар 2.23; 3Цар 20.10) угрожает ему смертью, имея в виду, вероятно, побудить его к бегству (умертвить пророка Илию, как многих других пророков 3Цар 18.4,13, Иезавель, видимо, не находит возможным ввиду неизвестности его народу, особенно вскоре после происшествий на Кармиле, когда впечатление силы пророка истинного Бога на народ было еще свежо). LXX, слав. в словах Иезавели, ст. 2, добавляют ει συ ει Ηλιου, και εγω 'Ιεζαβελ, аще ты еси Илиа, аз же, т. е. "деятельности твоей и авторитету пророка я сумею противопоставить свой авторитет царицы, чтительницы Ваала". Вероятно, Иезавель сделала это не без ведома Ахава, который оказался слишком слабым для того, чтобы оказать противодействие Иезавели: чувство раскаяния (ср. прим. к 3Цар 18.45-46) в нем оказалось слишком неглубоким и бесплодным. Пророк yбoялся (LXX: εφοβηθη; Vulg.: timuit ergo, слав.: и убояся, соотв. евр. гл. яре, "бояться", а не яра - "видеть", как в евр. и русск. синод, ст. 3). "Почему, - спрашивает блаж. Феодорит (вопр. 59), - Илия, имея такую силу, убоялся одной Иезавели?" И отвечает: "потому, что был не пророк только, но и человек. С другой стороны, и страх был делом Божия смотрения. Чтобы великость чудотворения не надмила мысли, благодать попустила природе дать в себе место боязни, а пророку через это познать собственную свою немощь". Пророк удаляется из Израильского царства в Вирсавию - в Иудейском царстве. Вирсавия принадлежала Симеонову колену, Нав 19.2; 2Цар 24.7, лежала на границе Идумеи, теперь хирбет-бир-эс-Себа, Onomast 277; на южном конце Иудеи и всего Ханаана, как Дан составлял северную границу его; отсюда известное выражение "от Дана до Вирсавии". Суд 20.1; 1Цар 3.20; 2Пар 3.10; 2Пар 17.11; 2Пар 24.15; 3Цар 4.25, ср. Robinson, Palastinal, 337). Хотя город этот принадлежал к Иудейскому царству, но и во времена разделения царств привлекал много паломников из Израильского царства (Ам 5.5; Ам 8.14). В Вирсавии пророк оставляет отрока своего (ст. 3, сн. 3Цар 18.43-44); в печали своей пророк, естественно, хотел быть один.

4 - 8 Удрученный скорбью, пророк идет в пустыню - ту самую Аравийскую пустыню, по которой некогда странствовал народ Божий, и здесь под одним кустом растения дрока (евр. ротем, ср. Пс 119.4; Иов 30.4; LXX: υποκατω Ραθμεν; Vulg.: subter juniperum; слав.: под смерчием; русск. синод: под можжевеловым кустом) - растения, нередко встречающегося в Аравии и дающего употребительный там уголь (Пс 119.4), - отдался чувству глубокой скорби и сожалению о неудачах своей пророческой миссии, и это чувство, в связи с пламенной ревностью по Боге (сн. ст. 10, 14), вылилось у пророка просьбой или молитвой к Богу о смерти - об отнятии у него высочайшего дара милости Божией - жизни (ср. Пс 60.7; Притч 3.2 и др.): жизнь его представлялась ему не выполняющею своего назначения, и потому смерти по примеру предков он просит у Бога. Это желание и прошение пророка не было выражением малодушия и ропота с его стороны, иначе он не удостоился бы двукратного послания ангела [См. у А Глаголева. Ветхозаветное библейское учение об ангелах. Киев, 1900, с. 302] (ст. 5, 7) для укрепления его и научения. Подкрепившись указанной ангелом пищей, пророк идет к горе Божией Хориву и в 40 дней достигает ее. Хорив (LXX: Сωρηβ; евр. Хореб; Vulg.: Horeb, Исх 3.1; Исх 17.6; Исх 33.6; Втор 1.6; Втор 4.10; 3Цар 8.9 и др.) именуется горой Божией и нередко в Библии отождествляется с Синаем. Обыкновенно их различают тем, что за Хорив принимают весь горный узел между аади Шуеб, Раха и Леджа, а за Синай - отдельный высокий пик, поднимающийся над ним к югу (Onomastic, 975). Сравнительно небольшое пространство от пустыни, прилегающей к Вирсавии, до Хорива в земле Мадиама пророк прошел 40 дней - вероятно, с продолжительными остановками и уклонениями от прямого пути (для избежания преследователей); прямой же путь в указанном направлении не превышал 50 верст (по Втор 1.2 от Хорива до Кадес-Варни, лежащего несколько южнее Вирсавии, - 11 дней пути). 40 дней путешествия Илии к горе законодательства имеют аналогию с 40-дневным пребыванием Моисея на горе законодательства (Исх 24.18), и как Моисей провел 40 дней без пищи и пития (Исх 34.28; Втор 9.9,16,25; Втор 10.10), так можно думать, постился во время 40-дневного пути к Хориву и пророк Илия ("подкрепившись тою пищею"; слав.: "иде в крепости яди тоя"; Vulg.: ambulavit in forti tudine cibi illius), страстно желая иметь Откровенние Божие о судьбе Израиля и собственной пророческой миссии.

9 - 14 Вопрос Божий Илии "что ты здесь, Илия?" (ст. 9) не имеет значения упрека пророку за малодушное бегство в пустыню от миссии среди общества, как думают некоторые толкователи, а есть просто призыв божеской любви к утомленному душой и телом пророку - открыть Иегове душу свою. И пророк открывает сокровеннейшее содержание своих дум и чувствований сердца: пламенную ревность и острую скорбь о нарушении Израилем завета с Богом, о разрушении или осквернении священных жертвенников, об избиении пророков, так что из последних остался один Илия, но и его жизнь в опасности от преследователей (ст. 10, 14). Ревность по нарушенному Завету [Талмудисты под именем "Завета" (евр. берит) здесь, на основании Быт 17.13-14, разумеют обрезание, и так как обрезание в действительности не было оставлено во времена пророка, то, по верованию талмудистов, пророк Илия был наказан за свое неправильное осуждение Израиля тем, что навсегда с тех пор обязан присутствовать при операции обрезании, для чего обыкновенно при обрезании поставляется особый стул для пророка Илии. См А. Алексеев. Богослужение, праздники и религиозные обряды нынешних евреев. Новгород, 1861, с. 154-155], некогда заключенному на Синае (Исх 34.1-10), и теперь побуждающая пророка обратиться с сетованиями на Израиля к Богу (Рим 11.2: ΄εντυγχανει τω Ξεω κατα του ΄ισραηλ) на той же горе завета и законодательства ставит пророка Илию в параллель с Законодателем Моисеем (оба великие мужа впоследствии предстали Законодателю Нового Завета Иисусу Христу на горе Преображения, Мф 17.3; Мк 9.4; Лк 9.30). С именем ревнителя перешел пророк Илия и в историю. Самая речь пророка ст. 10, повторенная после ст. 14, есть вопрос к Богу: какие меры или средства могут быть применены к вероломному Израилю? Не предрешая этого вопроса, пророк, однако, мог желать быстрой и решительной кары. Ответом Божьим на слова и думы пророка служит, во-первых, особый характер богоявления, ст. 11-12, а затем повеление Божие о поставлении двух царей и пророка для совершения суда Божия над Израилем. Богоявление пророка Илии на Хориве, ст. 11-12, близко напоминает некогда имевшее здесь же Богоявление Моисею Исх 33.18-19,22; Исх 34.6 - тоже по поводу нарушения завета Израилем при Синае (Исх 32.1). Что касается самого характера богоявления, то из того, что Иегова явился не в вихре и буре (ср. Ис 17.13; Ис 40.24), не в землетрясении (ср. Ис 24.18), не во всепоедающем огне (ср. Ис 66.15 сл.) - обычных грозных стихийных силах карающей, гневающейся силы Божией (ср. Пс 17.8-18; Ис 29.5-6), а в веянии тихого ветра (ср. Иов 4.16; Пс 106.29), - пророк научался, что Иегова "за лучшее признал управлять родом человеческим с кротостью и долготерпением, хотя нетрудно Ему послать на нечестивых и молнии и громы, восколебать землю, мгновенно ископать для них ров и всех вконец истребить стремительными ветрами" (блаж. Феодорит, вопр. 59). Слов: "и там Господь" слав. -рус. перев. ст. 12 нет ни в евр. т. ни в принятом т. LXX, но во многих греческих кодексах они читаются (κακεϊ Κυριος в кодд. 19, 44, 52, 64, 74, 92, 106, 119, 120, 123, 158, 236, 213, 246 у Гольмеса; και εκει Κυριος - в кодд. 59, 108, 121, 134, 245, 247, ibid) и смысл текста они вполне выражают. Vulg. их, впрочем, также не имеет. В целом, данное богоявление имеет весьма важное значение для целого богословия Ветхого Завета, свидетельствуя, что, по учению Ветхого Завета, Бог есть не стихийная сила, а духовное нравственное начало, для которого стихийные явления суть лишь средства проявления, но действия которого всегда запечатлены высшим нравственным характером, и основным законом действования Божия в мире вообще и особенно к людям являются любовь и милосердие (ср. Исх 34.6). Почувствовав присутствие Божие в веянии тихого ветра, пророк Илия вышел из пещеры, в которой он был во время потрясающих явлений природы, и в благоговейном трепете пред Неприступным Богом закрыл плащом (милотью, LXX: εν τη μιλωτη; Vulg.: pallio; евр. аддерет) лицо, как Моисей при бывших ему на Хориве же богоявлениях (Исх 3.6; Исх 33.20,22; ср. Ис 6.2).

15 - 18 Если в ст. 11-12 заключается символический ответ на слова пророка ст. 10, 14, то теперь дается другой ответ Божий на то же недоумение пророка - повеление Божие ему - "помазать": Азаила - царем над Сирией, Ииуя - царем над Израилем и Елисея - преемником Илии в пророческом служении (15). Эти три столь различные деятеля объединяются здесь, как имеющие служить выполнению воли Божией планов Божиих об Израиле в частности: Азаил, царь сирийский, впоследствии сделался бичом гнева Божия на Израиля и постоянно теснил его извне (4Цар 8.12,29; 4Цар 10.32; 4Цар 13.3,7); Ииуй совершил трудные внутренние потрясения в Израильском царстве: он уничтожил дом Ахава и культ Ваала, им введенный (4Цар 9.24,33; 4Цар 10.1-28); пророк Елисей явился прямым продолжателем дела пророка Илии: борьбы против язычества в Израиле, и был орудием научающего и наказующего действия Божия, - конечно, не через вещественный меч, как первые два (ст. 17), а через меч пророческого слова (Ис 49.2) и всей пророческой его деятельности. Пророк Илия самолично выполнил лишь третье повеление Божие - о поставлении Елисея в преемники себе (ст. 19-21). Но "если помазал пророка, и сообщил ему духовную благодать, то сим помазал и прочих, потому что Елисей, прияв через него пророческую благодать, и на них перенес дарование и сообщил им царственную благодать" (блаж. Феодорит, вопр. 60).

Впрочем, "помазание" здесь имеет совершенно общий смысл: поставления, назначения, предуказания, призвания: даже Елисей призван был пророком Илиею к пророческому служению не через помазание елеем (о елеепомазании пророков, как способе призвания, в Ветхом Завете вообще не говорится, исключая пророчества о помазании верховного пророка Мессии, Ис 61.1; сн. Лк 4.18), a через возложение на него пророческой мантии или плаща (ст. 19. сн. 4Цар 1.8; 4Цар 2.13; Зах 13.4); тем менее речь может быть относительно "помазания" Азаила на царство в Сирии: пророк Елисей, выполнитель завещания пророка Илии, просто передал Азаилу волю Божию о нем (4Цар 8.7-13); только Ииуй, подобно другим царям еврейским (ср. 1Цар 10.1; 3Цар 1.34 и др.), действительно был помазан на царство, хотя не самим пророком Елисеем, а одним из "сынов пророческих" (4Цар 9.1-10). О положении Авел-Мехолы, родного города пророка Елисея (по Евсевию-Иерониму, в 10 милях к югу; от Скифополя или Вефсана, Onomastic 5), см. прим. к 4:12. Наряду с возвещением суда над Израильским царством (ст. 17), пророку Илии даруется и благодатное утешение, что среди широкого распространения нечестия в Израиле есть и неведомые миру и даже пророку, но ведомые единому Богу носители истинной веры и благочестия: 7 000 (мужей), не преклонявших колена пред Ваалом и не лобызавших его статуи (ст. 18). 7 тысяч - круглое определенное число вместо неопределенного множества как 144 000 запечатленных - в Откр 7.4; Откр 14.1-5; 7 - символическое число святости, завета, культа (K. Bahr. Symbolik des masisch. Kull. I, 5, 193) и здесь, естественно, взято для обозначения остатка верных завету израильтян, как "святого семени" народа завета (ср. Ис 6.13; сн. Рим 11.7). О преклонении колен, как выражении религиозного чувства, см. 3Цар 8.54; о целовании статуй золотых тельцов см. Ос 13.2. Ср. у М. Пальмова, Идолопоклонство у древних евреев, с. 232.

19 - 21 Хотя голос Божий повелевал Илии (ст. 15) идти с Хорива через пустыню в Дамаск - столицу Сирии (Ис 7.8; Onomast 378), для помазания Азаила, но он, решив прежде всего поставить преемника в будущем, а в настоящем необходимого сотрудника, идет в город Авел-Мехолу, где жил Елисей. Возможно, что пророк Илия ранее знал этого юношу (почему прямо на нем остановился), принадлежавшего, видимо, к богатой семье (12 пар рабочих волов). Символическое действие пророка Илии, означавшее принятие им Елисея в свое духовное общение (ср. Руф 3.9; Иез 16.8), частнее в сотрудничество по пророческому служению (ср. 4Цар 2.13), так именно и было понято Eлисеем, который всецело, с полной готовностью следует этому призванию, испросив лишь согласие пророка Илии проститься с родителями (ст. 20; слова пророка Илии "что сделал я тебе" указывают на важность призвания к пророчеству и вместе на свободу в следовании этому призванию) и устроив прощальную трапезу родным и знакомым из тех самых волов, на которых пахал. Этим пророк порывал свои житейские отношения для высшего служения Богу в сане пророка (ст. 21).