1–7. Умножение потомков Иакова в Египте. 8–22. Угнетение их новым фараоном.

1 - 6 Перечислением имен сынов Израилевых, вошедших в Египет, и упоминанием о смерти Иосифа Моисей отсылает читателя к последним главам кн. Бытия (Быт 46.8–27; Быт 50.26; [1414]) и тем самым дает понять, что кн. Исход находится с ними в тесной связи. Подобно им, она имеет своим предметом описание жизни потомков Иакова в Египте, а начиная его с момента смерти Иосифа, является их продолжением. Перечисление сыновей Иакова — глав поколений ведется в порядке их матерей (Быт 35.23–26). В общее число переселившихся (Быт 46.27; Втор 10.22), большее в греко-славянском по сравнению с еврейским на пять ввиду того, что LXX переводчиков прибавляют троих внуков и двух правнуков Иосифа (Быт 46.20), не включены — жены сыновей Иакова (Быт 46.26) и другие, принадлежащие к патриархальной семье лица — рабы и рабыни (Быт 32.6). С присоединением этих последних, право на что дает выражение 1-го стиха «вошли каждый с домом своим», — с семейством, включая жен, детей, слуг (Быт 7.1), вообще с поколением (Исх 1.1; 1Цар 20.16), — число вошедших в Египет справедливо увеличивают до нескольких сот. Смерть Иосифа и всего старого поколения отмечается, как начало нового, ниже описываемого периода в жизни семьи Иакова. Он характеризуется двумя чертами: усиленным размножением евреев и новыми отношениями к ним египтян.

7 О размножении евреев говорит и еврейское выражение «ваишрецу» — стали кишеть, подобно быстро размножающимся мелким животным (Быт 1.20), и ясно свидетельствует количество вышедших из Египта израильтян. Ко времени исхода патриархальная семья превратилась, по меньшей мере, в 2 000 000 человек. Из них 60 000 пеших мужчин, т. е. имеющих 20 лет и выше от роду (Чис 1.3–46), отмечены в 37 ст. 12 гл. кн. Исход; остальную цифру — 1 400 000 составляют жены и дети. Являясь прямым исполнением данного Иакову обещания (Быт 46.3), делом Божием (Пс 104.24), размножение евреев объясняется и чисто естественными причинами. Первое место среди них занимает необыкновенная производительность египетской природы, сообщавшаяся и жителям нильской долины. По свидетельству Плиния, Сенеки, Аристотеля, Страбона и других, египетские женщины рождали часто и помногу — по три, по четыре и по пяти детей. Мысль о влиянии египетской природы на размножение евреев высказана, между прочим, в греко-славянском переводе, употребляющем вместо подлинного выражения: «наполнилась ими земля», другое: «умножи же их земля», «επληθυνεν δη η γη αυτους». Размножению евреев содействовали, как полагают, и браки с родственными семитическими племенами, издавна поселившимися на восточной границе Египта.

8 На время размножения евреев падает изменение их общественного положения. Виновником этого является «новый (греч. ετερος, слав. «ин»; ср. Деян 7.18) царь». Почему он называется таким именем, по новым ли отношениям к евреям, или же по своему происхождению из новой сравнительно с прежней династии, сказать довольно трудно. Большинство экзегетов держится, впрочем, того взгляда, что фараон-гонитель (Тотмес III) происходил из туземной Египетской династии, свергнувшей иго пастушеского племени гиксов, во время господства которого переселился в Египет Иаков. Свою ненависть к прежним поработителям он перенес и на дружественных им евреев. Подтверждением справедливости подобного взгляда может служить то соображение, что фараону гиксу не было побуждений притеснять евреев. Наоборот, пришельцы гиксы естественно должны были искать поддержки в таких же, как и они, пришельцах-евреях. Новый царь «не знал Иосифа», — слыхал, может быть, об имени и делах, но не признавал его заслуг, как первого сановника при фараоне враждебной династии.

9 - 10 Опасения фараона, что евреи, и без того уже превосходящие своей численностью и силой (Пс 104.24) туземцев Гесема — египтян, при дальнейшем своем размножении легко могут уйти из Египта, имели для себя основание в поведении их же самих. Как видно из свидетельства 1 кн. Паралипоменон о поражении двух сыновей Ефрема жителями Гефа (1Пар 7.21) и о построении в Ханаане дочерью или внучкой того же Ефрема городов Беф-Орона и Уззен-Шееры (1Пар 7.24), евреи за время жизни в Египте поддерживали сношения с Палестиной, пытались утвердиться в ней. Это тяготение к земле своих предков говорило о том, что евреи не слились с коренным населением Египта, а потому при первой возможности, при обычной в то время войне на восточной границе, легко могут оставить чуждую им страну.

11 - 14 Боязнь удаления из Египта целого племени, представлявшего даровую рабочую силу, вызвала целый ряд мер, направленных к ограничению размножения евреев: «перехитрим же его, придумаем коварные меры («накал», — Пс 104.25), чтобы он не размножался». Действовать открытой силой было нельзя как в виду отсутствия благовидного предлога, так и из опасения силы евреев. Первой из мер были тяжкие работы (Втор 26.6; Пс 80.7), придуманные фараоном. В том расчете, что, изнурив евреев, сделав их физически слабыми, они остановят их дальнейшее размножение, так как физически слабый народ не может иметь большого потомства.

Представляя особенную тяжесть в виду существования особых начальников, выбираемых, по свидетельству египетских памятников, из сурового ливанского племени и изображаемых с короткими для ударов палками в руках, работы свелись на первых порах к постройке (а может быть, расширению, возобновлению, евр. бана, — см. Пс 121.3; Ам 9.14) двух городов для запасов (для хранения провианта и оружия, — 2Пар 32.28), «Пифома и Раамсеса». Под первым разумеют тот город, который лежал в западном конце долины Тумилат, на берегу канала в Красное море, и назывался у греко-римских писателей Патумос или Тоум, а под вторым — город, находившийся в земле Гесем, на восток от Пелузийского рукава Нила. Называя эти два города по существующим при них укреплениям городами «твердыми», текст LXX упоминает о построении евреями еще третьего города — Она, или Гелиополя. Общее мнение экзегетов видит в нем знаменитый в нижнем Египте городов Ан (греч. Он), носящий еще священное имя Пера, дом солнца, откуда греческое Гелиополис.

15 - 17 Выполнение второй меры — умерщвления еврейских младенцев мужского пола в момент их появления на свет (евр. «гаобнаим» слав.: «суть к рождению»; русск.: «при родах») поручается повивальным бабкам. По еврейскому тексту это были еврейки, в силу чего самая мера представляется странной и недостижимой, так как трудно допустить, чтобы еврейки стали умерщвлять детей своих соплеменниц. Чтение же LXX, которому следует русский перевод, а равно и свидетельство Иосифа Флавия — выражает мысль об их египетском происхождении. Справедливость подобного понимания подтверждается неудовлетворительностью производства имен Шифра и Фуа из еврейского языка и возможностью объяснения их из языка египетского. Шифра — «плодоносная», или по другому толкованию — «красивая»; Фуа — «рождающая дитя», «сияющая». Упоминание только о двух бабках объясняется тем, что лишь они одни были известны египетскому правительству.

18 - 19 Ответ повивальных бабок мог удовлетворить фараона ввиду, может быть, известных ему случаев необыкновенно легкого рождения детей арабскими женщинами.

20 - 22 Невыполнимая в виду богобоязненности бабок вторая мера заменяется однородным с ней по цели приказанием бросать новорожденных мальчиков в реку. Выражение «в реку» (евр. йеор) не содержит непременного указания на Нил, при каковом понимании новая мера представляется странной, так как в земле Гесем, где жили евреи, Нил не протекает. Еврейское «йеор» означает Нил с его рукавами (Исх 7.19; Исх 8.5; Ис 19.6), а иногда (Иез 29.3–5,9) и эти последние. И так как по указанию Страбона и новейшим изысканиям Бругша восточная часть Египта, в которой жили евреи, изобиловала каналами, то в них и бросались еврейские мальчики. Давая новое приказание «всему народу», фараон надеялся на его сочувствие в виду всеобщего страха пред размножением евреев (Исх 1.12).