1–11. Законы о рабах и рабынях. 12–32. Законы, разъясняющие заповедь «не убий». 33–36. Законы, разъясняющие заповедь «не укради».

1 - 2 По закону в рабы мог быть покупаем обедневший еврей за неуплату долга (Лев 25.39), а также вор, оказавшийся не в состоянии уплатить за похищенное (Исх 22.3). Шестилетний срок рабства (Втор 15.12, 18; Иер 34.14) назначается в соответствии с заповедью о шести днях работы и покое седьмого дня. Год освобождения раба седьмой не есть седьмой юбилейный, а седьмой от начала рабства каждого отдельного раба. Если бы он был седьмым юбилейным, то рабу пришлось бы служить не шесть лет, а столько времени, сколько оставалось до него с момента поступления в рабство, в некоторых случаях месяц, даже меньше. И действительно закон прямо указывает, что в седьмой юбилейный год рабы находятся при своих господах, не получают свободы (Лев 25.4–6). По окончании шестилетней службы раб отпускался на волю не только «даром», без выкупа, так как за это время он заработал двойную плату наемника (Втор 15.18), но и получал от хозяина все необходимое для обзаведения собственным хозяйством: от стад, от гумна и точила (Втор 15.14).

3 - 4 В первом случае (ст. 3) жена рассматривается как собственность мужа-раба, а потому с ней, своей собственностью, он и уходил на волю. Во втором (ст. 4) она — собственность господина, в силу чего при освобождении своего мужа остается с детьми в доме хозяина.

5 - 6 Еврей, женившийся в состоянии рабства на рабыне своего господина и потому не имеющий права освободиться в седьмой год со всей своей семьей, из-за любви к жене и детям может остаться рабом навеки, т. е. до пятидесятого юбилейного года (Лев 25.39–41). Другое действие, также устраняющее возможность разных злоупотреблений, состояло в прокалывании уха раба шилом у косяка или дверей того дома, в котором он пожелал служить (Втор 15.16–17). Раб как бы прикреплялся к дому своего господина.

7 Как видно из Втор 15.17 и Иер 34.9–11,16, рабыни-еврейки освобождались на тех же началах, что и рабы-евреи. Поэтому общее правило: рабыня «не может выйти, как выходят рабы», имеет в виду не просто рабынь, но рабынь-наложниц.

8 Когда еврейка, купленная в качестве наложницы и сделавшаяся таковою, впоследствии будет отвергнута господином, то он, как виновный в ее бесчестии, должен помочь ей выкупиться, уступить ее дешевле тому, кто пожелает ее купить, только не язычнику, брак с которым запрещен (Втор 7.3).

9 Отдав еврейку-рабыню в наложницы сыну, господин должен рассматривать ее не как рабу, а как дочь.

10 При существовании других наложниц, появившихся позднее, она не лишается прав жены и средств к существованию.

11 Если хозяин дома не позволит отвергнутой им наложнице выкупиться, не будет рассматривать ее, наложницу сына, в качестве дочери и при существовании у сына других наложниц лишит ее сожительства с ним, то при несоблюдении этих трех условий она получает право уйти от него без выкупа.

12 - 32 Законы, разъясняющие заповедь — «не убий!», убийство сознательное и ненамеренное; различные случаи увечья, как нанесения вреда жизни ближнего.

Сознательное убийство во всех его видах (Чис 35.16–21), будет ли оно совершено евреем или же пришельцем (Лев 24.22), наказывается по общему праву кровавой мести смертью: «мститель за кровь сам может умертвить убийцу: лишь только встретит его» (Чис 35.19, 21).

13 Применяемое в случае сознательного убийства, право кровавой мести не имеет места при убийстве ненамеренном, заранее необдуманном (Чис 35.22–23; Втор 19.4–5; 1Цар 24.18). Невольный убийца не подлежит суждению на смерть (Втор 19.6), и само общество должно спасти его от руки мстителя за кровь (Чис 35.25), предоставив право убежать в место, «назначенное Богом», в один из городов убежища (Чис 35.11 и д.). Закон о невольных убийцах, ограничивая право кровавой мести, смягчал грубость нравов.

14 Коварный, сознательный убийца, лишенный права скрыться в одном из городов убежища (Втор 19.11–12), не может спастись от смерти и у жертвенника (3Цар 2.28–34). Требуя от Израиля истреблять зло из своей среды (Втор 19.19–20), Господь тем более сам не может охранять его на месте Своего жилища, в скинии или храме, у жертвенника.

15 Как видно из Втор 21.18–21, отец и мать сами отказываются от дурного сына. Нетерпимый член семьи, поругающий внушаемые природой чувства, он нетерпим и в обществе — исторгается из его среды, побивается камнями.

16 Свобода драгоценна не менее жизни, поэтому лишение ее — покража и продажа евреем своего соотечественника (Втор 24.7) приравнивается к убийству.

18 - 33 Различные случаи увечья; назначаемые за них наказания соответствуют степени преступления.

Избивший ближнего в драке должен вознаградить его тем, чего он лишил его: уплатить ему ту сумму денег, которую пострадавший мог бы заработать, если бы был здоров, и на свои средства вылечить его.

19 - 21 За убийство раба и рабыни, умерших во время наказания, хозяин не подвергается смерти, а лишь назначаемому судом наказанию, или потому, что раб не приравнивается к свободному (ср. ст. 21 с 19; 26 с 23 и 32 с 29), или потому, что хозяин только наказывал неразумного раба (Притч 10.13), не имея в виду убить его. Господин даже и совсем освобождается от наказания, когда смерть раба не является непосредственным следствием побоев: умрет день или два спустя после побоев. Для хозяина в этом случае достаточно и того наказания, что, теряя раба, он теряет заплаченные за него деньги, наносит себе ущерб: «это его серебро».

22 Пеня назначается за преждевременно выкинутое дитя. Посредники требуются для предотвращения со стороны мужа неумеренности в требованиях. Греческий перевод вносит такое различение в степени развития выкидыша, для которого нет основания в еврейском тексте. Выкидыш «неизображенный» — ребенок не сформировавшийся, он не приравнивается к полному человеку — и потому за смерть его назначается лишь пеня. Выкидыш, «изображенный» — внешне сформировавшийся ребенок, и за его смерть, как и за смерть взрослого человека, виновный подвергается смерти.

23 - 25 Если последствием драки, кроме преждевременных родов, будет нанесение повреждения самой беременной женщине, то в этом случае нужно поступать по следующему правилу: «душу за душу», т. е. жизнь за жизнь (термин «душа», употребляемый в Библии для обозначения жизненной силы, с удалением которой живое существо умирает, ставится взамен выражения «жизнь»: Пс 106.5; Иона 2.8; Плач 1.11,19; Пс 55.7; 3Цар 17.21), глаз за глаз и т. д. Составляя продолжение предшествующей речи, слова: «если будет вред, то» устанавливают и общее правило о возмездии за увечье (Лев 24.20; Втор 19.21; Мф 5.38). Зло, причиненное одним евреем другому, должно быть наказано таким же злом, — возмездие простое, чувствительное и способное с силой предупреждать преступление.

26 - 27 Общее правило, определяющее степень наказания за нанесенное увечье, не применяется к рабам, но его изменение ограничивает произвол и жестокое обращение с ними хозяев.

28 Вол умерщвляется как опасное для жизни человека животное и притом согласно божественному определению (Быт 9.5; Чис 35.33). Не освобожденное от крови, мясо его не вкушается по общему закону, требующему вкушать мясо без крови (Лев 17.10–14). Хозяин, не знавший о бодливости своего вола (ср. ст. 29), не виноват. Но побитие вола камнями и запрещение извлечь пользу из его мяса наносили хозяину столь значительный ущерб, что естественно побуждали его не относиться равнодушно к вопросу; не имеет ли вол наклонности бодаться?

29 Хозяин вола предается смерти за беспечное отношение к жизни ближнего. Виновником смерти является не столько неразумное животное, сколько он сам, имевший возможность устранить ее соответствующими мерами. Строгость наказания совершенно уничтожала возможность равнодушия к бодливости животного и заставляла заботиться о безопасности ближних.

30 - 31 Смерть заменяется выкупом на том, может быть, основании, что вина домохозяина заключается только в беспечности, но не в злом умысле.

32 30 сиклей составляют, по всей вероятности, покупную цену раба, подобно тому, как 50 сиклей — выкупную цену взрослого человека (Лев 27.3).

33 - 34 Хозяин незакрытой ямы возмещает тот убыток, который причинила ближнему беспечность.

35 Солидарность интересов заставляет — делить несчастье пополам.

36 В убытках виноват лишь тот, кто беспечно, нерадиво относится к собственности ближнего, а потому он один и терпит ущерб.