1-12. Торжественное принятие Воозом обязательств относительно удела Ноемини и Руфи и брака с последней. 13-17a. Брак Вооза и Руфи и рождение у них сына Овида. 17b-22. Родословие Давида.

1 - 2 Желая скорее устроить дело Руфи (см. Руф 3.18), Вооз рано утром (Руф 3.18) приходит на площадь у городских ворот - обычное в городах Востока место всех общественных собраний (Быт 19.1, сн. Пс 19.13), торговых сделок (Быт 23.10-13,16,18) и покупок (4Цар 7.1), судебного разбирательства (Втор 16.18; Втор 21.19), в частности, касательно левиратного брака - в случае отказа деверя от этого брака (Втор 25.7). Сюда Вооз пригласил и родственника (goeI) Ноемини и Руфи, о котором Вооз упоминает в разговоре с последней (Руф 3.13); обращение Вооза к этому родственнику выражено неопределенным выражением евр. "peIom aImoni" (по Мидрашу, S. 53, - невежда в законе, не знавший, что запрещение Втор 23.3 относится только к мужчинам моавитянам, а не к женщинам), соответствующим греч. δεινα, слав. онсице (Мф 26.18) - "такой-то". Возможно, что этот необходимый для решения дела человек нарочито был приглашен Воозом (так передает И. Флав. Иуд.Древн. 5:9, 4), как нарочито были приглашены им и свидетели из старейшин (о старейшинах в Вифлееме упоминается далее в истории Самуила 1Цар 16.4) - в количестве десяти, какое число в Иудейском предании считалось минимальным для богослужебного собрания (см. Таргум иерус. на Исх 12.4), как и для всякого общественного дела (1Цар 25.5). И. Флавий (цит. м.) говорит, что Вооз позвал к воротам города и Руфь, но это не подтверждается библейским текстом и даже, пожалуй, противоречит Руф 3.18 (ср. наше замечание к этому месту).

3 - 6 "Достоин удивления разговор с ближайшим родственником. Не прямо повел он речь о браке, но заговорил о приобретении полей. Потом, когда с удовольствием принял тот предложение сие, Вооз присовокупил слово и о браке, сказав: справедливость требует вступающему во владение полей после умершего взять себе и жену его и чадорождением сохранить память скончавшегося; но тот по причине брака отрекся и от предлагаемых полей" (блаж. Феодорит, стр. 317). Благоразумно и тактично также Вооз, начиная речь об уделе покойных Елимелеха и сыновей (ст. 3), называет только Ноеминь, не упоминая пока о Руфи, - "Ноеминь продает", с евр.: "продала" (makerah, LXX: δεδοται Νωεμειν, слав. дадеся Ноеммине..., Vulg. vendet Noemi), т. е. по возвращении из Моавитской страны, или же это было сделано Елимелехом при удалении, туда (Руф 1.1-2); так или иначе, по закону (ужичества) - о не отчуждаемости уделов от колена в колено (Чис 27.1-11; Чис 36.6-9), проданный было Ноеминью участок Елимелеха должен был быть выкуплен кем-либо из близких родственников его (по Лев 25.15), каких в данном случае оказывалось лишь два: не названный по имени и Вооз [Право Ноемини или собственно Руфи продать участок умершего мужа подтверждает Талмуд говоря: "ожидающая деверя получила имущество: школы Шаммая и Гиллеля согласны в том, что она продает и дарит, и сделка действительна". Мишна. Иевамот IV, 8 (рус. перев. Н. Переферковича. Спб. 1900 г., с. 38)]. Первый, выразивши было согласие выкупить удел Ноемини (ст. 4), тотчас же отказался от этого, как скоро услышал об обязанности брака с Руфью (ст. 5): может быть, его отклоняла суеверная боязнь вдовы Махлона (подобную боязнь выразил, по Быт 38.11, Иуда относительно Фамари после смерти двух мужей - ее сыновей Иуды, ср. Тов 3.7-8; Тов 6.14-15), хотя сам он указывает другую причину отказа - боязнь расстройства его собственного удела (ст. 6); Мидраш (S. 53-54), как уже сказали, видит здесь следствие невежества его в законе и опасения нарушить последний браком на моавитянке (ср. Втор 23.3).

7 - 8 Упоминаемый здесь обычай снятия сапога одним и передачи его другому И. Флавий (Иуд.Древн. 5:9, 4) несправедливо отождествляет с законом и обрядом так называемой (доселе существующей у евреев) халицы (от еврейского глагола chaIaz, разувать) [Акт халицы и порядок ее помещены в прибавлении к русскому переводу тр. Иевамот (Спб. 1900 г), с. 103-109] или освобождения деверя от обязанности левиратного брака с невесткой (Втор 25.9-10). Смысл, цель и обстановка обряда в том и другом случае различны: в первом случае (как здесь, Руф 4.8) имеющий право собственности сам отрекался от нее и символически выражал это передачей сапога (символ владения, Пс 59.10; Пс 107.10), тогда как "халица" совершалась самой невесткой, получившей отказ в браке от деверя: она снимала у него сапоги и плевала ему в лицо (Втор 25.9-10; И. Флав. Иуд.Древн. 4:8, 23), что было позором для "разутого" (chaIuz) на всю жизнь.

9 - 10 Теперь Вооз уже свободно и со всей решительностью берет на себя обязательство как выкупа удела, так и брака с Руфью. "Достойны удивления в сказанном и благочестие и точность. Не нарушаю, говорит, закона тем, что беру в жену моавитянку; напротив того, исполняю Божественный закон, чтобы память умершего сохранилась не угасшею" (блаж. Феодорит, с. 318). Впрочем, в последующих родословиях (ст. 21; 1Пар 2.12; Мф 1.5; Лк 3.32), рожденный от брака Вооза и Руфи Овид называется сыном Вооза, а не Махлона: благочестие Вооза сделало его достойным занять место в родословной Давида и Иисуса Христа преимущественно пред Махлоном.

11 - 12 Старейшины и народ не только свидетельствуют и подтверждают легальность объявленного Воозом брака, но и благословляют предстоящий брак с упоминанием дорогих всем евреям имен праматерей их Рахили и Лии (первой называется Рахиль, как любимая жена Иакова, ср. Быт 29.31, Быт 18.7 и др.). Сомнительно предположение блаж. Феодорита (там же), будто эти слова благословения дают мысль, что у Вооза была и другая жена. Упоминание о Фаресе (ср. Быт 38.29; Быт 16.12) тем более уместно, что с него начинается (ст. 18) родословие Вооза.

13 Благословение Божье на браке Вооза и Руфи сказалось беременностью последней и рождением сына, который вифлеемскими женщинами, конечно, не без участия родителей, назван был Овидом (ст. 17), с евр. obed - служащий, т. е. Богу и людям.

14 - 16 Смысл имени объясняется в этих заключительных стихах, почти исключительно посвященных Ноемини, некогда по воле промысла Божия имевшей испытания (Руф 1.13,20), а ныне судьбами того же промысла получившей великое утешение - близкого родственника (gёI), отраду и питателя - в Овиде. "Сие по буквальному разумению означает утешение Ноемини, по самой же истине - обращение вселенной. Ибо отсюда процвело спасение вселенной" (блаж. Феодорит, с. 319).

18 - 22 В родословии этом возможно предположить пропуски отдельных имен и поколений: трудно допустить, чтобы на протяжении почти тысячелетия от Фареса до Давида сменились лишь 9-10 поколений (ср. 1Пар 2.9-15). Но мессианская идея, выразившаяся как в этом родословии (ср. Мф 1.3; Лк 3.31-33), так и в изображаемом книгой Руфь вступлении язычницы в церковь ветхозаветную, сообщает всей книге Руфь великую важность [Не лишено значения то обстоятельство, что кн. Руфь издревле читается у евреев в праздник Пятидесятницы - праздник не только жатвы (о которой говорится в книге), но и дарования закона на Синае, который, по Мидрашу, был возвещен всем народам, но не был ими принят. Новозаветная Пятидесятница, сменившая Ветхозаветную, есть праздник излияния Духа Божия на всякую плоть (Иоил 2.28; Деян 2.17). Область Мааха лежала на севере Заиорданской страны при подошве Ермона (Втор 13.14; Нав 13.13) ].

Профессор Киевской Духовной Академии, магистр богословия, священник Д. А. Глаголев