1
Человѣкъ, рожденный женою,
кратокъ днями и пресыщенъ трепетомъ.
2
Какъ цвѣтокъ, выходитъ и вянетъ,
убѣгаетъ, какъ тѣнь, и не остается.
3
И на сего Ты отверзаешь очи Твои,
и меня ведешь на судъ съ Тобою?
4
О! если бы происходилъ чистый отъ нечистаго!
Ни одинъ…
5
Ежели опредѣлены дни ему,
если число мѣсяцевъ его у Тебя;
ежели Ты провелъ черты его, которыхъ онъ не перейдетъ:
6
то уклони отъ него взоры, пусть онъ будетъ спокоенъ,
чтобы ему, какъ наемнику, провести день свой съ удовольствіемъ.
7
Такъ! есть надежда дереву,
если срублено, что снова оживетъ,
и отрасли отъ него выходить не престанутъ.
8
Тогда какъ состарѣлся корень его въ землѣ,
и пень его умираетъ во прахѣ,
9
отъ вони воды [1] оно дастъ отпрыски,
и пуститъ вѣтви, какъ новопосаженное.
10
А человѣкъ умираетъ... и простерся,
и духъ испустилъ человѣкъ, и гдѣ онъ?
11
Уходятъ воды изъ озера,
и рѣка изсякаетъ и высыхаетъ.
12
Такъ человѣкъ ляжетъ и не встанетъ;
не пробудятся они до скончанія неба,
и не воспрянутъ отъ сна своего.
13
О! еслибы Ты сокрылъ меня въ преисподней,
укрывалъ меня, пока прошелъ бы гнѣвъ Твой,
положилъ срокъ мнѣ, потомъ вспомнилъ о мнѣ!
14
Если человѣкъ умеръ, то оживаетъ ли [2]?..
Во всѣ дни воинской службы моей я ожидалъ бы,
пока придетъ мнѣ смѣна.
15
Позвалъ бы Ты, а я далъ бы Тебѣ отвѣтъ;
къ творенію рукъ Твоихъ Ты возжелалъ бы.
16
Ибо тогда Ты исчислялъ бы только шаги мои,
не подстерегалъ бы грѣха моего.
17
Въ сверткѣ было бы запечатано беззаконіе мое,
и Ты покрылъ бы вину мою.
18
Но гора упавшая исчезаетъ,
и скала состарѣвшаяся съ своего мѣста;
19
вода стираетъ камни;
разливъ ея потопляетъ пыль земную;
и надежду человѣка Ты уничтожаешь.
20
Тѣснишь его до конца, и онъ уходитъ;
измѣняешь ему лице, и отсылаешь его.
21
Въ чести ли дѣти его, Онъ не знаетъ;
унижены ли, Онъ и того не замѣчаетъ.
22
О немъ только болѣзнуетъ тѣло его,
и о немъ плачетъ душа его.

Примѣчанія:
[1] Иначе: лишь почуяло воду.
[2] Іовъ колеблется между страхомъ и надеждою. То онъ ужасается тѣмъ, что ни одинъ умершій еще не возвращался жить на сей землѣ; то онъ думаетъ, что Богъ силенъ воззвать его къ жизни, и сравниваетъ себя въ адѣ съ воиномъ на стражѣ, ожидающимъ смѣны.